https://www.facebook.com/tr?id=459841534369706&ev=PageView &noscript=1"/> Бизнесмены добились для себя ужесточения уголовного преследования за налоговые преступления

Бизнесмены добились для себя ужесточения уголовного преследования за налоговые преступления

Колонка Ярослава Савина в журнале "Эксперт-Урал"

Госдума 26 сентября приняла во втором чтении законопроект, который согласно представлениям многих СМИ, возвращает старый порядок возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям.
 
Второе чтение в данном случае означает фактически его принятие. Законопроект ко второму чтению «отлеживался» в ГД с февраля этого года и, разумеется, ждал удобного момента для его принятия. Но этого мало, его принятие сопровождалось смягчающей тактической подготовкой. В частности, накануне второго чтения была распространена информация о том, что президент поручит (подчеркиваю, поручит) правительству проработать вопрос повышения порога возбуждения уголовных дел по налоговым составам (статьи 198 и 199 УК), поскольку существующая планка очень низка и, в принципе, не соответствует масштабу цен, сделок и оборотов большинства компаний.   
 
Зададимся вопросом: что же это за законопроект, который так долго вылеживался и потребовал даже дополнительной смазки перед принятием. Напомню, в соответствии с действующими положениями уголовно-процессуального кодекса основанием для возбуждения уголовных дел по статьям 198 и 199 УК за уклонение от уплаты налогов физическими и юридическими лицами являются материалы налоговых органов, переданные в следственный комитет в установленном законом порядке. Проще говоря, результаты налоговых мероприятий, будь то камеральные или выездные проверки.
 
Этот порядок был у нас установлен при Дмитрие Медведеве в декабре 2011 года, накануне его ухода с поста главы государства. Действующие нормы заместили собой предыдущее положение дел, при котором соответствующие оперативные подразделения по налоговым преступлениям в системе МВД выявляли факты уклонения от уплаты налогов и сразу передавали материалы в Следственный комитет для возбуждения уголовных дел.
 
Тот старый порядок возбуждения уголовных дел вызывал нарекания у представителей бизнес-сообщества в общем-то по одной причине: такая конструкция позволяла правоохранительным органам реально третировать бизнесменов и периодически приводила к злоупотреблениям.
 
Кроме того, квалификация оперативных сотрудников в принципе не позволяет качественно отрабатывать материал, поскольку требует специфических познаний в налоговой сфере на стыке права и экономики. Поэтому были не редки случаи, когда уголовное дело с точки зрения доказательств держалось на двух столпах: некой экономической экспертизы, которая проводилась в рамках того же МВД, и признательных показаниях главного бухгалтера. Главные бухгалтеры, а это в основном женщины, эти показания зачастую давали под, пускай и формально законным, но все-таки давлением, включая обещание получить условный срок взамен реального.
 
Качество проводимых ОВД экономических экспертиз тоже оставляло желать лучшего. Например, встретить экспертное заключение, ссылающееся во вводной части на недействовавшие в момент совершения преступления нормы Налогового кодекса, это было запросто. Или ссылки на разъяснения налоговой службы или Минфина, которые не относятся к расследуемому периоду, такое случалось постоянно.
 
Итак, напомню, возврат к старому порядку возбуждения уголовных дел был инициирован со стороны следственного комитета, поддержан президентом, случилось это осенью 2013 года. Очевидно, что хотели протащить очень быстро, поскольку даже направление законопроекта в госдуму сопровождалось странным, в обход традиционной линии проведения,  межведомственным согласованием. Тем не менее, законопроект в ГД попал, но встретил ожесточенное сопротивление бизнес-сообщества. В связи с чем президент объявил, что возврата к старому порядку не будет, а будет найден некий компромиссный вариант. И вот то, что сейчас госдума приняла, официально объявлено и растиражировано СМИ именно как компромиссный вариант.
 
Что не устраивает следственный комитет? А не устраивает статистика возбуждения уголовных дел по налоговым составам. По мнению комитета, существующий порядок, при котором следственные органы должны материалы раскопать, отработать, отправить в налоговый орган, дождаться выездной налоговой проверки, а налоговый орган, установив факт неуплаты налогов, при наличии признаков совершения преступления должен отправить материалы обратно в следственный комитет, якобы и содействует падению количества возбуждаемых уголовных дел.
 
Но здесь есть два аспекта, заслуживающих внимание:
 
1) а не говорит ли это падение о реально улучшевшемся качестве? Об отсутствии пустых дел, призванных иногда посодействовать конкурентной борьбе или захвату бизнеса? Существующий механизм, установленный регламентом самой ФНС, требует при получении материалов из правоохранительных органов включать в состав проверяющих и оперативников, что само по себе исключает сговор налоговиков с налогоплательщиками, повышает уровень и качество налоговых мероприятий. В частности, проведение допросов, которые сотрудники МВД выполняют, конечно же, на порядок круче, чем налоговые инспектора;
 
2) ответ, возможно, кроется и в том, что еще в 2013 году в качестве плановых показателей работы подразделений по раскрытию налоговых преступлений и противодействию коррупции (УНПиПК) МВД были в основном как раз коррупционные факты. Но уже зимой 2014 года была объявлена необходимость повышения количества уголовных дел именно по налоговым составам на 30%. Причем выяснить, на что опирались люди, которые формулировали данное поручение, очень сложно. Как вообще можно управлять количеством преступлений?
 
Теперь, собственно, о законопроекте, который вот вот станет законом. Данный конкретный случай относится к категории тех, когда хотели как лучше, а получилось как всегда.
 
Отмечу особо, формулировка «старый порядок возбуждения уголовных дел» была точной осенью 2013 года, когда законопроект состоял лишь из одного предложения, исключающего из УПК РФ всего несколько слов, с 2011 года не разрешавших возбуждать уголовные дела без налоговой проверки.
 
Старый порядок – это детская игрушка в сравнении с тем, что получилось сейчас. Поскольку, даже возбуждая уголовное дело без налоговой проверки и отправляя его в суд, следственные органы раньше рисковали получить дело на «дослед», с необходимостью дождаться проведения налоговых мероприятий. Хотя бы потому, что Уголовный кодекс (примечания к ст. 198 и 199 УК) предусматривает освобождение от уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов, при условии возмещения вреда государству в виде уплаченного налога, пени и штрафа в полном объеме.
 
А сумму уплачиваемого налога, штрафа и пени может установить только налоговый орган в результате налоговых мероприятий. Таким образом в суде каждый подсудимый мог заявить, что его право на возмещение вреда, а значит и освобождение от уголовной ответственности нарушено, поскольку он не знает, в каком объеме возместить ущерб государству. И уголовный суд в такой ситуации просто не мог отказать себе в удовольствии отправить дело на доследование для выявления причиненного ущерба, поскольку сами правоохранительные органы не являются уполномоченными в расчете налога, штрафов и пени.
Учитывая, что сроки давности привлечения к ответственности за налоговые преступления невелики  - 2 года (если конечно это особо крупный размер уклонения), то подобная история во многих случаях могла закончиться для бизнесмена сильным испугом и не более - уголовное дело прекращалось.
 
А вот так называемый компромиссный вариант, появившийся благодаря усилиям бизнес-сообщества, налоговому органу в вопросе оценки самого факта неуплаты налогов в законодательном порядке придает статус справочного бюро, который выдает реально справки, не проводя контрольных мероприятий, а действуя каким-то иным, одному ему известным способом, видимо основываясь только на внутренних инструкциях. Более того, справка она на то и справка - для следователей официально не является обязательной.
 
И вот как раз этот компромиссный порядок сковывает движения обвиняемому и его защитнику. Он действительно упрощает правоохранительным органам ресследование, а судам рассмотрение этих дел, даже в сравнении с так называемым старым порядком. И абсолютно точно укладывается и в планы по увеличению количества уголовных дел по налоговым составам, и в планы по ликвидации банков, замешанных во взаимоотношениях с фирмами-однодневками, и в изменения порядка подачи уточненной декларации по НДС с 1 января 2015 года, делающие всю цепочку уплаты НДС от производителя до потребителя прозрачной для налоговиков. То есть полностью согласуется со всем тем, что в конечном счете должно привести к значительному сокращению объемов агрессивной налоговой оптимизации с использованием “ах, каких контрагентов”.
 
Замечу, что вся эта плановая работа по прежнему проводится в условиях тотально пропитанной откатами российской экономики. Сами то откаты ведь никуда не денутся, обналичивание как было нужно в этой части, так и останется, просто цена обналичивания вырастет в 2-3 раза. Но потребность в нем не исчезнет. Мы как всегда боремся с последствиями, не желая замечать основную причину.
 
Так, впрочем, и в теме деофшоризации экономики мы сильно озабочены предотвращением утечки денег, но не сделали ничего, чтобы заслужить доверие бизнеса и гарантировать ему защиту, не прибегая к использованию офшорных компаний. Обеспечьте возможность поработать без откатов, и почти не нужна будет обналичка (в остатке - сумасшедшие соцвзносы и, как следствие, зарплата в конвертах). Для удовлетворения нужд бизнесменов достаточно других, легальных, инструментов
 
Важно, что СК не только озадачен новым порядком возбуждения дел. В частности, руководство комитета настаивает на расширении объективной стороны по налоговым преступлениям. Сейчас перечень способов уклонения от уплаты налогоов в статьях УК четко перечислен, он закрытый, как говорят юристы. Предлагается сделать его открытым, чтобы сумма неуплаченных налогов в определенном размере почти автоматически становилась еще и преступлением.
 
Но и это не все. Предлагается ввести понятие «злоупотребления правом в налоговой сфере» еще и в уголовный закон. То есть арбитражной практики мало, давайте и в уголовный закон оценочную категорию введем, дадим возможность судебным усмотрением рассматривать уголовные дела, карающиеся, на минуточку, лишением свободы. При том что в уголовном суде судей, которые могут профессионально разобраться в налоговых составах, единицы, а оправдательных приговоров постановляется в уголовных судах – 0,7%. Это не опечатка. Семь десятых процента.
 
Иными словаим, следственные органы пытаются увеличить количество уголовных дел по налоговым составам не за счет улучшения качества выявления и расследования злоупотреблений, а за счет количества оснований для возбуждения дел. Ничего вам не напоминает? Мне, например, метод экстенсивного освоения земли, этакое поднятие целины.

Обсудить материал с автором...


Другие наши материалы Вам в помощь:

1. Схемы с "однодневками" как приглашение на выездную проверку (3 ключевых признака) 

2. Налоговики "заПИКали" налогоплательщиков: об использовании налоговыми органами программно-вычислительных комплексов 

3. "Кто крайний?" - "Он крайний"... Об ответственности директора перед обществом 

4. Из цикла откровений налогового инспектора: если ваш покупатель оказался фирмой-"однодневкой" 

5. Разведка боем: что влечет за собой вызов на комиссию по легализации налоговой базы